Игра Полицейский и Вор

0
391

Тезис. Так как многие преступники ненавидят полицейских, то от способности перехитрить их они получают иногда не меньше удовлетворения, чем от награбленного. На уровне Взрослого их преступления могут представлять собой игры ради добычи, ради материальной «приза», однако на уровне Ребенка их вовлекает волнение, которое связано с самим приключением: то, как они смогли обмануть ил ускользнуть от погони.

Как ни странно, однако детским прототипом игры «Полицейский и вор» считается игра в прятки, где весомым элементом будет огорчение, что тебя нашли. Эта особенность будет очевидной в игре с детьми. Если отец отыскал ребенка чересчур быстро, то малыш огорчится, так как не еще успел до конца повеселиться. Однако если отец — прекрасный игрок, он знает, как следует себя вести: он никак не может отыскать сына, и затем тот подает ему сигнал каким-либо звуком. Следовательно, мальчик вынуждает отца отыскать его, но при этом так же показывает, что огорчился. Но на этот раз ребенку все же удалось больше повеселиться, и он дольше пребывал в напряжении. В случае если отец хочет сдаться, сын может чувствовать разочарование, а не торжество. Поскольку ребенок сумел извлечь весь возможный интерес из самой игры в прятки, то, это означает, дело не в ней. Сын разочарован, ведь не нашли. Когда приходит очередь прятаться отцу, то ему не нужно показывать себя хитрее своего сына. Родителю необходимо быть хитрым до той степени, чтобы сын смог получить удовольствие. И, конечно же, отцу следует прикинуться якобы огорченным, когда его отыщут. Вскоре становится понятно, что настоящей кульминацией игры считается тот момент, когда тебя отыскивают.

 

Поэтому прятки — это настоящая игра, а не обычное времяпрепровождение. В социальном плане она является соревнованием в хитроумии и может приносить наибольшего удовлетворения, когда Взрослый любого игрока будет проявлять себя самым лучшим образом. Однако с психологической точки зрения она выглядит словно навязанная азартная игра, и в какой Взрослый должен поддаться, чтобы дать выиграть Ребенку. Не дать себя поймать может означать применить антитезис. Среди старших детей ребенок, который придумал такое место, где его не смогут найти, считают плохим игроком, ведь он портит всю игру. Он удалил компонент Ребенка и обернул всю игру во Взрослую процедуру. Судя по всему, играет он не для того, чтобы повеселиться.

Преступники, как правило, делятся на два вида: те, кто видит в преступлениях только материальную выгоду, и те, кому просто нравится игра. Большинство преступников составляют промежуточную группу: они действуют, исходя то из одного, то из другого побуждения.

Интересующий нас вид участника игры «Полицейский и Вор» чем-то схож с «Алкоголиком». Человек может поочередно играть то роль Вора, то роль Полицейского. Иногда днем он может играть роль Родителя-Полицейского, а с приходом темноты превратиться в Ребенка-Вора. У большинства Воров в душе сидит Полицейский, и наоборот, а у многих Полицейских — Вор. Когда преступник исправляется, то он берет на себя роль Спасителя и стает сотрудником службы помощи или иных социальных организаций. Однако в данной игре Спаситель менее важен, чем в игре «Алкоголик». Но нередко участник играет роль Вора всю жизнь, причем любой из преступников часто обладает своим собственным способом действия, который приводит к его поимке: он может упростить работу полиции или сделать ее труднее.

Очень похожа на эту игру ситуация с азартными игроками. На социологическом или социальном уровне «профессиональным игроком» будет тот, для кого азартная игра является главным интересом в жизни. Однако в психологическом плане профессиональные игроки делятся на две группы. К первой группе относятся те, которые почти все свое время тратят на игру. Вторую группу составляют владельцы игорных домов, те, кто организовывает азартные игры, и которые таким делом зарабатывают деньги. Сами они пытаются избегать азартных игр, правда иногда дают себе волю и с удовольствием участвуют в игре, точно так же как опытный преступник порой позволяет себе сыграть в игру «Полицейский и Вор».

Возможно, этим объясняется такое положение, при котором социологическое и психологическое изучение преступность в основном непродуктивно и расплывчато. До сих пор рассматривались две разные категории людей, которых нереально адекватно разграничивать в рамках обычного эмпирического и теоретического подхода. То же самое может относиться и к изучению азартных игроков. анализ игр и трансакционный анализ помогают решить эту задачу. Они могут устранить неопределенность, провести трансакционное разграничение между хладнокровными профессионалами и азартными игроками не только на социальном, но и на другом, глубоком психологическом уровне.

…Некоторые взломщики привыкли делать свою работу без единого лишнего движения. Но взломщик, который играет в игру «Полицейский и вор», обязательно оставит свою «визитную карточку», совершив какую-либо бессмысленность, к примеру, вымажет грязью дорогущую одежду. Судя по полицейским отчетам, искусные налетчики в процессе ограбления банка принимают все возможные меры предосторожности во избежание насилия. А налетчик, играющий в данную игру, ждет предлога, чтобы сорвать на ком-либо свою ярость. Профессиональный преступник пытается сделать свою работу до такой степени аккуратно, насколько разрешают обстоятельства. А преступник, который играет в эту игру, во время своей «работы» должен как бы «попускать пары». Считается, что преступник-профессионал не приступит к работе до того времени, пока не предпримет необходимые меры, чтобы обезопасить себя на тот случай, если вдруг придется иметь дело с законом. А игрок не против сразиться с законом «голыми руками». Опытные преступники хорошо осведомлены о существовании игры «Полицейский и Вор», но сами они в нее не любят играть. Возможно, поэтому профессиональные преступники редко попадаются полиции и поэтому психиатрические социологические и психологические аспекты их поведения не слишком хорошо изучены. То же самое можно сказать и по отношению азартных игроков.

Вполне реально, что очень огромный процент представителей западной цивилизации любит играть в эту игру в своей фантазии. Именно по такой причине так быстро расходятся в нашем полушарии газеты с описанием различных преступлений. Многие разрабатывают мысленные стратегии «совершенного убийства», которое представляет собой самый опаснейший из всех вариантов данной игры — он предполагает полную победу преступника над полицией.

Вариация игры «Полицейский и вор»: «Ревизор и вор». В нее играют обычно растратчики по тем же правилам и с тем же исходом; «Таможенник и вор» — в нее играют всегда контрабандисты. Особенный интерес представляет собой преступную форму игры «Судебное разбирательство». Несмотря на все предосторожности, опытного преступника время от времени все-таки арестовывают, и он предстает перед судом. Для него игра «Судебное разбирательство» представляется процедурой, которую он выполняет, следуя определенным инструкциям своих адвокатов. А для большинства адвокатов «Судебное разбирательство», как правило, является игрой с присяжными, и цель ее такова: выиграть, а не проиграть.

Антитезис. Он входит в компетенцию криминалистов, а не психиатров. Полиция и вся судейская система не относится к антитезисной организации. Наоборот, они исполняют свои роли в данной игре, следуя установленным правилам, что предписывает им общество.

Однако следует подчеркнуть некую особенность. Исследователи-криминалисты порой шутят, что некоторым преступникам свойственно вести себя так, словно им нравятся преследования, и они пытаются быть пойманными. Так или иначе, эти исследователи совершенно не склонны принимать во внимание этот «академический» фактор и считать его весьма решающим в их «тяжелой» труде. Во-первых, используя стандартные психологические методики исследования, не предоставляется возможности обнаружить данный элемент поведения преступников, следовательно, исследователь может упустить такой важный момент, так как он непостижим при помощи обычных способов анализа. В данной связи исследователям, наверняка, пойдет на пользу, если они откажутся от старых методов и посмотрят на возникшую проблему беспристрастно. До того времени, пока не будет ясно, что игра является не просто интересной аномалией, а в большинстве случаев может объяснить самую суть дела, большое количество криминалистических исследований будет так же сосредоточиваться на тривиальностях, закаменевших теориях и вопросах, которые не стоят внимания и не имеют никакого отношения к этому делу. В связи с этим, в роли примера выступает один случай, описанный в американском журнале в сфере психиатрии.

В статье дается яркий пример трагической разновидности игры «Полицейский и вор». Молодой двадцатитрехлетний человек застрелил свою невесту, а затем явился в полицию с поличным. Причем это было трудно сделать, так как полицейские не могли поверить в эту историю. Ему пришлось свой рассказ повторить раза четыре. Немного позже он сказал: «Я всегда думал, что обречен закончить свою жизнь на в тюрьме. Мне всегда так казалось, следовательно, так тому и быть». Также он замечает, что было бы нелегко ожидать от простых присяжных, чтобы они были способны изложить представленное на заседании суде сложный психиатрический вывод, к тому же излагаемое на профессиональном языке. В терминологии анализа игр ключевой пункт вполне можно сформулировать обычными словами, не употребляя при этом громоздких научных выражений: из-за причин, ясно изложенных на суде, еще будучи мальчиком в возрасте девять лет, он решил, что ему следует окончить свое существование на электрическом стуле. И так, всю свою жизнь он идет к такой цели, и, использовав свою невесту как мишень, в конце концов создает необходимое обстоятельство.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here